Письма А. И. Кошелева иерею М. Ф. Раевскому (1856–1860 гг.): славянская тема в журнале «Русская беседа»

Письма А. И. Кошелева иерею М. Ф. Раевскому (1856–1860 гг.): славянская тема в журнале «Русская беседа»

В рамках данного исследования вниманию читателя представлена ранее непубликовавшаяся переписка между основателем славянофильского журнала «Русская беседа» А.И. Кошелевым и настоятелем посольской церкви в Вене иерем М.Ф. Раевским. Изучая эти документы, Е. Сартаков стремится глубже понять образ мыслей авторов-славистов, раскрыть ранее неизвестные псевдонимы корреспондентов журнала и аргументировать выбор редакционной политики Кошелева, который отдавал предпочтение тщательно изученным и достоверным материалам славянских авторов.

Биография священника М.Ф. Раевского, отмечает во Введении Е. Сартаков, более 40 лет служившего настоятелем русской посольской церкви в Вене, представляет большой интерес для исследователей славянской истории. С 1842 г. и до своей кончины в 1884 г. Раевский был ключевой фигурой в культурном и политическом взаимодействии между славянами и Западной Европой. Его архив, содержащий множество писем, представляет особую ценность для исследователей, изучающих культуру и историю славян XIX века. Раевский, будучи полиглотом и сторонником идеи панславянского единства, способствовал укреплению связей между русскими учёными и этнически близкими им славянскими народами. В 1975 г. была опубликована работа, в которой были собраны и проанализированы некоторые письма Раевского, представлявшие лишь малую часть его обширного литературного наследия.

Возобновившийся ныне интерес к славистике, вызванный, по мнению автора, продолжающейся дискуссией вокруг отношений России с Европой, привел к росту внимания ученых к таким фигурам, как М.Ф. Раевский. В подтверждение этого тезиса Е. Сартаков ссылается на вышедшие недавно публикации, в том числе ряд статьей и монографию, в основание которых легли ранее неизвестные архивные материалы.

Однако, подчеркивает автор, в рассказах об истории отечественной журналистики причастность к ней М.Ф. Раевского практически не упоминается. Это отсутствие, вполне понятное автору в советский период, когда славянская журналистика была сознательно маргинализирована, особенно бросается в глаза с учетом ее нынешней популярности. Хотя в коллективной монографии «Русская беседа: история славянофильского журнала» (2011) и упоминается Раевский, но в ней, по его мнению Е. Сартакова, не в полной мере признается масштаб его вклада.

Основную часть публикации составляют двенадцать писем А.И. Кошелева к М.Ф. Раевскому, написанные в период с 1856 г. по 1860 г. Эти письма были обнаружены в Историческом музее в Москве и дают ценную информацию об активной журналистской деятельности славянофильского движения в период значительных социальных и политических перемен в России после Крымской войны и восшествия на престол Александра II. До сих пор, уточняет Е. Сартаков, была доступна только сокращенная версия первого письма.

Изученный эпистолярный материал представляет собой ценный источник для историков журналистики по нескольким причинам, которые автор последовательно раскрывает далее. Во-первых, эмпирическая база исследования значительно расширяет круг славянских корреспондентов, сотрудничавших с «Русской беседой». Среди них были как известные писатели, такие как Клун и Эрбен, так и те, чьи работы были отклонены, например, Головацкий и Кузман. Во-вторых, письма Кошелева проливают свет на личности, стоящие за некоторыми псевдонимами, использовавшимися в «Русской беседе», такими как Радониевич и Л. А. Б.

Наконец, резюмирует автор, переписка раскрывает стратегии редактора по работе со славянскими авторами. А.И. Кошелев предпочитал тщательно проработанные, научно обоснованные и подкрепленные разнообразными источниками статьи. Хотя эта строгость и привлекла внимание интеллектуальных кругов славянских стран, она, указывает на парадоксальность ситуации автор, стала препятствием для увеличения тиража и роста аудитории, поскольку отбираемые по такому принципу и публикуемые «Русской беседой» все в меньшей мере затрагивали действительно волновавшие современников актуальные темы.

Завершая Введение, автор оспаривает мнение о том, что у журналистов «Беседы» были слабые связи со славянскими странами. Он утверждают, что такая точка зрения не учитывает трудности, с которыми сталкивались публицисты в XIX в. из-за строгой цензуры российскими властями материалов, связанных с идеями независимости славянских народов. Публицистам приходилось, учитывая гнет этого надзора, проявлять тактичность и дипломатичность при написании статей, поскольку в печать могла быть допущена лишь небольшая часть актуальной картины мира. Эти обстоятельства, заключает Е. Сартаков, подчеркивают и объясняют трудности освещения славянской тематики в отечественной журналистике середины XIX в.

Источник.