Кризис международных институтов vs кризис международных коммуникаций

Кризис международных институтов vs кризис международных коммуникаций

В статье рассматривается связь дисфункциональности структур международного сотрудничества и упадка коммуникативных практик в условиях глобального дефицита доверия. Авторы устанавливают взаимный характер негативного влияния этих явлений и предлагают пути восстановления диалога посредством прагматичных форматов трансграничной кооперации.

В условиях концептуальной турбулентности международных отношений, утверждается во введении, особую актуальность приобретает анализ кризисов международных институтов и практик интернациональной коммуникации — взаимосвязанных, но не тождественных явлений. Цель исследователей — выявить корреляцию отрицательной динамики их развития и стоящую за ней их общую первопричину. К задачам авторы относят анализ проявлений обоих кризисов, обоснование роли системного недоверия как их этиологического фактора, раскрытие механизма их взаимного усиления и поиск путей преодоления. Объектом исследования обозначена современная система международных отношений; предметом — институциональные и коммуникативные аспекты кризиса глобального управления.

Гипотеза работы строится на предположении о едином источнике кризисов, которым авторы полагают системное недоверие, порождающее «петлю обратной связи». Методология опирается на неореализм К. Уолтца и концепцию Хабермаса о трансформации публичной сферы; эмпирическая база сформирована посредством дискурс-анализа, кейс-стади и вторичного анализа данных. Динамика кризиса прослеживается с 2000-х гг., сама же проблематика доверия актуализировалась еще в 2003 г. на форуме в Давосе.

Основная часть статьи начинается с рассмотрения международных институтов (ООН, ВТО, МВФ и др.), созданных после Второй мировой войны для поддержания мира и верховенства права, ныне же переживающих глубокий системный кризис. К проявлениям этого кризиса авторы относят проблемы легитимности (состав Совета Безопасности ООН не отражает современную расстановку сил), а также зависимость институтов от крупных доноров, в частности от США, доля которых в бюджете ООН достигает 22 % и которые к тому же являются страной размещения штаб-квартиры. 

Авторы упоминают рост неэффективности прочих структур, так, ВТО не адаптирует правила к цифровой экономике, ее Апелляционный орган парализован, государства все чаще заключают двусторонние соглашения. Кризис усугубляется идеологическим расколом и ослаблением миротворческого потенциала: посредничество все чаще берут на себя отдельные страны. Действующий Генеральный секретарь ООН неоднократно отмечал разрозненность Совбеза, альтернативные подходы к миротворчеству развивают, в частности, Россия и Китай.

Переходя к рассмотрению кризиса международных коммуникаций, разворачивающегося параллельно с институциональным, ученые характеризуют его беспрецедентным по масштабу и продолжительности. Под международными коммуникациями в статье понимается совокупность процессов обмена информацией, смыслами и ценностями между всеми акторами международных отношений, осуществляемых в том числе через официальные, неофициальные и цифровые каналы. Его корни связаны с эрозией концепта «власти коммуникаций»: модель, отводившая цифровым технологиям роль универсального регулятора социоинформационных процессов, доказала свою несостоятельность — как подчеркивают эксперты, дипломатия не сводится к обмену мнениями и требует личных контактов.

Совокупно кризис проявляется в утрате общего языка и доверия, размывании базовых понятий и падении уровня взаимного доверия между ключевыми игроками. К этому авторы добавляют информационные войны, порождающие «параллельные реальности», а также фрагментацию информационных потоков, формирующую изолированные «эхо-камеры». По мнению ученых, эти эмпирические сбои взаимосвязаны с теоретическим кризисом прежней парадигмы и взаимно его усиливают.

Согласно взглядам авторов, системное недоверие выступает первопричиной кризисов международных институтов и коммуникаций: оно проявляется как «принудительное доверие» и подтверждается падением доверия к глобальным структурам. Например, элиты демонстрируют лишь ограниченный уровень доверия даже к ключевым институтам. Недоверие разрушает институты, лишая их основы — веры в справедливость правил, и подрывает коммуникацию, превращая диалог в обмен пропагандистскими нарративами и перформативными действиями (санкциями, нравоучениями).

Оба кризиса образуют, по авторам, «петлю обратной связи»: институциональная слабость усугубляет коммуникационные сбои — стороны отказываются от переговоров в пользу публичных ультиматумов; деградация диалога же лишает институты функции медиатора, сводя их работу к демонстрации непримиримых позиций. В результате, заключают ученые, формируется самовоспроизводящаяся структура высокой конфликтности.

Преодолеть порочный круг авторы предлагают посредством гибких форматов сотрудничества под конкретные вызовы (как «нормандский формат» или «астанинская тройка»). Такой тип дипломатических отношений, утверждают исследователи, способен временно замещать парализованные механизмы, сохраняя каналы связи и создавая условия для постепенного восстановления доверия, не отменяя при этом роль традиционных универсальных институтов.

Источник.