Формирование системы советской периодической печати в 1920 гг.: государственное финансирование

Формирование системы советской периодической печати в 1920 гг.: государственное финансирование

В статье посредством раскрытия нюансов экономической политики анализируется финансовое обеспечение советской периодической печати в 1920‑х гг. Особое внимание уделяется централизованным усилиям государства, направленным на регулирование отрасли, включая систематическое субсидирование издательской деятельности как основного инструмента поддержки советских печатных СМИ.

Исследование раскрывает сложные и адаптивные механизмы финансирования советской печати в 1920‑х гг. в условиях осуществления НЭПа, в реальности существования рыночных практик и отсутствие партийного единства. Для заполнения имеющегося пробела в научных знаниях, М. Бабюк привлекает объемный массив архивных документов из хранилищ ГАРФ, РГАСПИ, РГАЭ, РГВА, анализируя переход сферы ответственности от отдела агитации ЦК к Комитету по делам печати и военным структурам.

Первый раздел основной части статьи озаглавлен «Специфика финансового положения советской печати в 1920 гг.». Согласно изученным М. Бабюком документам, в начале 1920‑х гг. советская печать полностью зависела от государства: после ликвидации банковской системы и денежного обращения ресурсы получали через ордера, талоны и субсидии. Денежные средства почти не использовались; основной валютой стали методы натурального распределения ресурсов (бумаги, топлива, продовольствия).

С переходом к НЭП и финансовой стабилизацией, обусловленной созданим Госбанка и денежной реформой 1922 г., отрасль начала получать банковские кредиты, но специализированных финансовых институтов для прессы, подчеркивает автор, учреждено не было. Издательства сталкивались с дефицитом оборотных средств, обусловленным послереволюционной экономической депрессией и ограниченным доступом к кредитам.

В подобных неблагополучных обстоятельствах, отмечает М. Бабюк, государственная поддержка оставалась ключевой: субсидии, безвозмездные ссуды и целевое финансирование покрывали убытки, докапитализировали крупные издательства и национальную печать. К 1925 г. было принято решение ввести централизованное бюджетное финансирование, что и было реализовано в два последующих года, но им был охвачен лишь ограниченный круг политически значимых изданий.

Немногочисленные пережившие национализацию частные издательства, лишенные налоговых льгот и государственной помощи, быстро исчезли; большинство оставшихся предприятий оставались убыточными, полагаясь на экстраординарные субсидии от учредителей. К концу 1920‑х гг., резюмирует М. Бабюк, финансовая система печати оставалась двойственной: дефицит ликвидности сохранялся, а полное бюджетное покрытие так и не было реализовано.

Во второй части статьи, названной «Финансовые аспекты развития предприятий печати в 1920 гг.», автор переходит к более подробному рассмотрению деталей экономической жизни отрасли. Согласно архивным данным, в начале 1920‑х гг. советская власть перевела издательства и типографии на хозрасчет, но при этом почти у всех этих учреждений отсутствовали оборотные средства.

Для решения финансовой проблемы использовались несколько инструментов. Наиболее доступным был акционерный капитал: создание обществ на паях позволило привлечь значительные суммы (например, «Контрагентство печати» получило 250 тыс. р. в 1922 г.). Однако акционерные вложения стали исключением, а не правилом, особенно для мелких изданий. Основными источниками оборотных средств стали банковские и коммерческие кредиты, а также субсидии и кредитование со стороны государственных органов. Важную роль играло взаимное материальное кредитование и выпуск векселей, позволяющих отложить оплату до реализации тиражей, хотя, замечает автор, эта практика часто несла в себе риски для издательств.

Завершает статью раздел «Выводы», основной из которых М. Бабюк формулирует так: централизованная экономическая политика в отношении периодической печати в 1920‑х гг. только формировалась. Государство стремилось одновременно сократить субсидирование издательской деятельности и, создавая неоднородную систему финансирования печати, обеспечить более строгий контроль над ней. Вторая половина 1920‑х характеризовалась постепенным исчезновением коммерческого кредита как основного источника средств для издательств. Этот процесс отражал попытки государства уменьшить зависимость отрасли от рыночных финансовых инструментов и усилить плановое регулирование.

К началу 1930‑х годов в СССР полностью ликвидировали взаимный коммерческий кредит, а банковская система была преобразована в рамках перехода к плановой экономике. Это завершило процесс централизации финансовой поддержки печатных изданий и закрепило государственный контроль над отраслью, заключает свою статью автор.

Источник.